24 Сентября 2014, 13:08

Ужасы Могилёвской области

В этом году милицейские сводки по Могилёвской области пугают количеством преступлений против половой неприкосновенности.

Пострадавшими от действий сексуального характера и изнасилований проходят даже не 16—17-летние девушки, а девочки, не достигшие 14 лет.

Как рассказал заместитель начальника УСК по Могилевской области полковник юстиции Валерий Калин, за весь прошлый год было зафиксировано 17 подобных преступлений в отношении малолетних, за шесть месяцев 2014 года — уже 24. В роли растлителей иногда выступают случайные люди, но чаще всего — родственники ребенка, друзья семьи, отчимы и даже отцы.

Все сексуальные преступления против детей принято связывать с педофилией. Но, согласно мировой статистике, к 90% из них педофилы не имеют никакого отношения. И чаще всего «детскими» сексуальными преступниками становятся абсолютно нормальные на первый взгляд мужчины.

В медицине для таких личностей нет официального названия, но в обществе — множество. И «моральные уроды» наверняка не самое жесткое из них. По словам начальника управления судебно-психиатрических экспертиз управления Государственного комитета судебных экспертиз по Могилевской области, кандидата медицинских наук Антона Балашова, этим, так называемым аморальным, мужчинам в силу разных обстоятельств — неуверенности в себе, страхов, неразвитой эректильной функции — легче получить сексуальное удовлетворение с ребенком, чем со взрослой партнершей. И нет никаких маячков и знаков, которые позволили бы женщине разглядеть у мужа подобные наклонности. Правда, общее у этих преступлений все же есть. Обычно их совершают люди, принадлежащие к низкому социальному сословию, любящие выпить, не состоявшиеся профессионально или «материально», ранее судимые.

— Латентность таких преступлений очень высока, — говорит следователь по особо важным делам следственного управления УСК по Могилевской области подполковник юстиции Елена Кравченко. — Часто ситуация не доходит до возбуждения уголовного дела, все заканчивается тем, что через несколько дней мать потерпевшей приходит забирать заявление, а девочка начинает утверждать, что ничего из того, о чем она уже рассказывала, на самом деле не было. И если за это время следствие не успевает собрать и закрепить доказательства, то дело приходится закрывать. Ежели успевает, то преступника арестовывают, а ребенка направляют на экспертное исследование.

По словам Елены Кравченко, расследовавшей не одно преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетних, дети очень боятся говорить о том, что с ними произошло.

— Специфика психики ребенка такова, что даже если в отношении его совершено грубейшее преступление, он считает виноватым себя, ему стыдно. Поэтому неохотно и рассказывает о случившемся, — объясняет поведение детей Антон Балашов.

Практически никогда заявление в милицию не приносят матери, они не хотят огласки и всячески это скрывают, боясь, что на ребенка начнут показывать пальцем. Поэтому факт сексуальных домогательств чаще всего остается тайной семьи.

— По официальной статистике в Беларуси таких дел более чем в 10 раз меньше, чем в Швеции, хотя численность населения этих двух стран примерно одинаковая. Не потому, что у нас их мало, просто зачастую тяжелые формы насилия над детьми носят скрытый от общества характер, — отмечает государственный медицинский эксперт-психолог высшей квалификационной категории управления Государственного комитета судебных экспертиз по Могилевской области Надежда Сараева.

Матери изнасилованных девочек часто покрывают мужей или сожителей, и в большинстве случаев о сексуальных преступлениях становится известно благодаря неравнодушным соседям, знакомым, родственникам.

…В небольшом райцентре 13-летнюю Олю (имена всех потерпевших изменены) совратил пожилой друг семьи, следствием доказано 11 фактов домогательств. Когда однажды девочка ему отказала, пенсионер возмутился и как-то вечерком «по пьяной лавочке» проговорился о своей утрате тете юной возлюбленной. Та мигом понеслась в милицию, и уже наутро старика допрашивали. Выяснилось, что искусный манипулятор девочку на «это дело» уговорил, стал водить к себе домой. К тому же Оля с ранних лет видела, как меняет любовников ее мама, и не считала это чем-то из ряда вон выходящим. А в ходе расследования выяснилось, что пенсионер вступал в половой контакт и с Олиной мамой тоже…

В другом случае странного парня во дворе дома заметила развешивающая белье женщина. Решив, что незнакомец хочет украсть ее простыни, стала периодически выглядывать из окна. Но тряпки молодого человека не интересовали – он подошел к 10-летней Кате, что-то ей сказал и повел за гаражи. Когда через несколько минут они не вышли, женщина побежала к соседу. Вместе они отправились к гаражам. Парня увидели рядом с заплаканной девочкой. Как рассказала Катя, он пытался ее изнасиловать. Во время допроса подозреваемый своей вины не отрицал, объяснив случившееся тем, что он только-только освободился из тюрьмы и не смог совладать с собой при виде беззащитной «добычи».

Особняком стоят случаи, когда насильником оказывается близкий человек, живущий с жертвой под одной крышей, отчим или отец, брат, дядя.

О том, что 14-летнюю Лену насилует отчим, соседка узнала, невзначай услышав разговор девочки со своей дочерью, когда те обсуждали зашедшую в тупик ситуацию. Лена, из-за тяжелой болезни выглядящая не старше первоклашки, стала легким объектом домогательств отчима. Девочка не раз жаловалась старшей сестре, та в свою очередь — маме. Но родительница восприняла это как попытку дочерей рассорить ее с любимым и поставила в разговоре жирную точку. Начать «операцию спасения» пришлось соседке, постороннему человеку. Преподаватели одного из учебных заведений Могилева забили тревогу, когда стали замечать у 17-летней учащейся синяки на теле. Девушка категорически не признавалась, что ее бьет и развращает отец. Но после очередных побоев и домогательств не выдержала и все рассказала.

— Последствия сексуального насилия внешне не видны, —говорит Надежда Сараева. — Но дети, претерпевшие его, как правило, имеют глубокое нарушение психики. И проявляется оно не сразу.

— Много лет назад в райцентре девочку насиловал отчим, второй муж мамы. Малышка никому об этом не рассказывала, но вела дневник, где все описывала, — рассказывает Елена Кравченко. — Случайно его нашла мама, ужаснулась и принесла в милицию. Но очень быстро поддалась на уговоры мужа и заявление забрала. Возможно, об этой истории следователи никогда бы и не узнали, но уже выросшая девочка проходила свидетельницей по двум особо тяжким уголовным преступлениям. В обоих случаях с интервалом в несколько лет ее избранниками становились мужчины с уголовным прошлым. А кроме них была череда других, с которыми она ложилась в постель за бутылку вина или пачку сигарет. Для нее перестали существовать половые преграды, исчезло понятие стыда...

В каждом возрасте сексуальные преступления воспринимаются по-разному, и чем старше девочка — тем ей трудней. У Елены Кравченко в практике было дело о жестоком изнасиловании 16-летней девушки. До этого она никогда не жила половой жизнью, воспитывалась в очень строгих условиях. А тут — поссорилась на дискотеке с парнем, ушла одна домой, а по дороге и попалась насильнику. После пережитого девушка дважды пыталась покончить с собой.

Впрочем, случается, когда маленьким девочкам удается спастись от изнасилования собственными силами. 8-летнюю Валю в деревне Могилевского района пытался изнасиловать только освободившийся из тюрьмы мужчина, когда она шла домой из школы. Затащил в кусты, стал целовать и раздевать. Помогло малышке детское любопытство — между поцелуями она задала насильнику наивный вопрос: «Как тебя зовут?» Опешившего «дядю», забывшего на секунду, с какой целью оказался в кустах, заметили прохожие и скрутили прямо на месте преступления. В этом случае ребенок даже не успел осознать, какая опасность ему грозила.

Другая 8-летняя девочка, наоборот, прекрасно понимала, что может случиться, и схитрила. Когда Света пришла из школы домой, за ней в дверь квартиры вошел приятель дедушки, недавний заключенный. Приставил к ее шее нож, приказал раздеться. Когда он начал стаскивать с себя штаны, девочка сказала, что дома есть деньги, и предложила показать, где они лежат. Насильник согласился и отпустил малышку. Голая, она выскочила из квартиры и побежала к соседям, которые быстро сориентировались в ситуации и успели запереть насильника в квартире.

В «детских» сексуальных преступлениях большую роль всегда играет семья. А если она внешне благополучная, то вся «изнанка» становится видна только после трагедии. Да, ребенок одет и накормлен, но на этом вся забота родителей о нем и заканчивается. Подтверждение этому инцидент, случившийся в нормальной интеллигентной семье из Могилевской области. 7-летнего Диму на протяжении двух лет насиловал 14-летний брат с другом. Родители, по их словам, ничего не замечали. Психологи же увидели двух эмоционально холодных людей, не сопереживавших своему младшему ребенку. Более того — оба стали на защиту старшего, «болезного», с аномалией психического развития. Младший сын замкнулся и уже не идет на контакт, отрицая то, что говорил раньше… Отдельный вопрос во всех этих историях – как быть с матерями детей, которые обо всем знали, но предпочитали «не выносить сор из избы»? Это ли не соучастие, пусть и молчаливое?

— Такого понятия, как молчаливое соучастие, в Уголовном кодексе не существует, — говорит Валерий Калин. — Мать выступает либо обычным свидетелем, либо законным представителем ребенка. И еще никогда в моей практике мать к уголовной ответственности не привлекалась.

Как бы страшно ни звучало, но, по словам специалистов, мамы предпочитают «не видеть» преступления из-за страха потерять мужа. Ведь это глава семьи, он и зарплату приносит, и гвоздь забьет, а если еще и дом принадлежит ему… Экономический фактор перевешивает моральный.

Если говорить о педофилах, то от встречи с ними не застрахован ни один ребенок. Причем в этом случае не будет даже насилия как такового – только уговоры.

— Самый лучший способ отбить у малышки охоту идти с незнакомым дядей — это объяснить ей, что только больной, заразный человек будет знакомиться с ребенком на улице, — рекомендует Антон Балашов. — Да, он может быть внешне очень даже «хорошим», но он — заразный. Этот психологически мощный и понятный для ребенка любого возраста запрет поможет не поддаться на уговоры незнакомца, не стать жертвой.

По словам Валерия Калина и Надежды Сараевой, если же преступление произошло, первое — не нужно проводить собственное расследование, расспрашивать друзей ребенка, звонить его родителям. Не надо передавать детям свой страх и ужас. Когда малыш падает, то поднимается и идет дальше, если родители скажут, что ничего страшного не случилось. А стоит заохать и заахать – он испугается и заплачет. Так и в случае с сексуальным насилием — психотравма будет сильнее или слабее во многом благодаря отношению к случившемуся родителей. Но это не значит, что нужно просто закрыть глаза на произошедшее – обращайтесь в милицию, в центр психологической помощи. Специалисты подскажут, как себя вести и что делать дальше. Психологическая реабилитация и ваша поддержка помогут ребенку легче пережить трагедию. Но в одиночку ему не справиться.

Источник Мария Хлыстова. Могилевская правда.

Комментарии читателей:

Новость дня:

Бобруйск как центр российских коллаборантов

Как под Бобруйском учили убивать. История СС «Данмарк» в Беларуси.

Актуальное интервью:

Алесь Сьнег: «Быць нефармалам у Бабруйску небяспечна»

Мы працягваем знаёміць вас з лёсамі і гісторыямі тых, хто кожны дзень стварае «Арт Сядзібу». Наш наступны герой – Алесь Сьнег.

Выбор редакции:

Перестарались

В полдень 26 марта в Бобруйске сотрудники силовых структур задержали 34 человекa.