09 Сентября 2015, 11:28

У матери-одиночки изъяли двоих малышей

Бобруйчанка пытается вернуть двоих детей, которых у нее забрали органы опеки. Трагедия в семье начала разворачиваться после того, как 27-летняя женщина стала нерегулярно получать зарплату на ОАО «Белшина».

«Выплату задержали, а мне необходимо было платить за сад и школу, по кредитам, я попросила помочь деньгами», — рассказала Анастасия Навоева. Помощи она не получила, работала практически круглосуточно — в 3 смены. 18 апреля ей в больнице не отдали дочь, которая уже выздоровела. Женщина устроила скандал. Ее забрали в милицию, а 7-летнего Ивана и 4-летнюю Ульяну — в приют.

Предыстория. Сирота и реальная помощь государства

Об этом случае TUT.BY рассказал давний знакомый Анастасии, который знал ее с детства — еще с тех пор, когда бобруйчанка находилась в приюте. Отец бросил семью, мать пила и ни разу не навестила дочь. В интернате, где была Настя, в свое время разгорелся скандал, рассказывает ее знакомый, — детей жестоко избивали. Дело тогда, по его словам, пытались замять, а Настя не молчала, как остальные воспитанники, рассказывала как есть о том, что происходит в учреждении.

«Ей было 15 лет. Настю назвали невменяемой, поставили диагноз и поместили в Червенский дом детей-инвалидов по психике. Директор этого закрытого учреждения, увидев, что она „не их клиент“ подал заявление в прокуратуру по поводу ложного диагноза. Она сама звонила в Минздрав, её 3 года возили по психиатрическим комиссиям, пытаясь доказать, что она психически здорова, и это оказалось трудным делом из-за „профессиональной этики врачей“ — никто не брался оспорить диагноз, поставленный коллегой. Тем не менее, к 18 годам комиссии заключили, что Настя здорова. Став совершеннолетней, она смогла начать новую жизнь, взрослую и самостоятельную», — рассказал собеседник.

Дом, в котором живут Анастасия Навоева с детьми и прабабушка малышей по отцовской линии.

Устроиться Анастасии в Бобруйске помогла депутат парламента, которая ранее была директором интерната в Воложине, где училась Настя до Слуцкого интерната. С ее помощью сироте удалось заселиться в родительскую квартиру и выписать оттуда брата-уголовника, который находился в тюрьме. Так как коммунальные услуги никто не оплачивал, накопилась серьезная задолженность. Девушке помогли найти работу и разобраться с долгами. «Стоит понимать, что после всех этих перипетий в интернате Настя начала относиться к представителям власти крайне негативно — ее, мягко говоря, очень обидели и этим фальшивым диагнозом, и тем, что не пустили на похороны матери, когда она была в интернате. А со своими друзьями, знакомыми она общалась хорошо, была доброжелательной, доброй. Конечно, она очень благодарна и депутату, которая так ей помогла, всегда ее уважала, была почтительной, — добавил знакомый бобруйчанки. — Однако воспитание в детских домах и интернатах наложило свой отпечаток на манеры и поведение Насти. К сожалению, многие оттуда выходят озлобленными и агрессивными».

Начало проблем

До апреля 2015 года эта бобруйская семья жила спокойно. Анастасия была матерью-одиночкой, но воспитывала двоих детей — Ивана и Ульяну — не одна: вначале с их биологическим отцом, потом — со своим сожителем.

Отца детей, Геннадия Горленко, с которым женщина не была расписана, бобруйчанка выгнала из семьи, когда была беременна дочерью, однако по сей день поддерживает отношения с его бабушкой — родной прабабушкой своих детей.

«Внук тоже работает на „Белшине“, у него от первого брака дочка 17-летняя есть, живет с матерью в Краснодаре. На нее он алименты до сих пор платит, — рассказала бабушка Геннадия Мария Григорьева. — 5 лет они с Настей прожили вместе — все было хорошо. Делали ремонт в ее квартире, брали на это кредиты, в том числе валютные. А потом она его выгнала и стала жить с милиционером. Знаю, что его Денис зовут. С ним она прожила 3 года. Что там у них произошло, не знаю. Говорят, что из-за Насти его с работы выгнали. А она теперь, говорят, „на башне“ [в СИЗО] сидит».

Прабабушка Ивана и Ульяны Мария Антоновна Григорьева.

Пожилая женщина рассказала, что Анастасия отдала сына «в кадеты» [класс военно-патриотической направленности], а дочь — в садик с круглосуточным пребыванием, так как работала в три смены. В последнее время на предприятии стали гораздо меньше платить, и семье не хватало денег на все нужды, а помогать было некому.

«Ваня часто у меня был, когда из школы приходил, я его кормила. Настя всегда его забирала сама — не разрешала ему ходить одному, когда темно, хотя живем в одном доме, только в разных подъездах. Она хорошая мать, заботливая — всегда хорошо одевала детей, баловала вкусной едой, водила гулять, — рассказывает Мария Антоновна. — Единственное, что нехозяйственная была — не умела деньгами распоряжаться. Я ей говорила всегда: Настенька, ты деньги получила — сходи в магазин, холодильник продуктами загрузи, купи макароны, крупы. А она: шах-мах — и деньги уплыли. Поэтому перед зарплатой с едой у них были проблемы».

В апреле 2015 года Анастасия обратилась на завод, чтобы выделили материальную помощь: зарплату регулярно задерживали, она не могла рассчитаться за коммуналку, детский сад, заплатить за обеды в школе. Ей отказали.

Скандал в больнице, приют и месяцы обивания порогов

Утром 18 апреля Анастасия пришла вместе с сыном в городскую больницу, где в педиатрическом отделении лежала дочь Ульяна. По словам женщины, она звонила перед этим заведующей отделением, предупредила о том, что придет. Но получила ответ: Ульяну ей не отдадут, все документы на нее уже находятся в отделе образования, ребенка отправят в приют.

Анастасия побежала в больницу, чтобы узнать, в чем дело. В отделении заведующая Лилия Мальковская повторила, что Ульяну матери не отдадут, так как та не забирала ее 2 дня. Пояснение, что Анастасия работала в три смены, в том числе в выходные, и поэтому не могла забрать дочь, не помогли. Мать попыталась силой забрать ребенка. Медперсонал вызвал милицию. Когда пришел участковый милиционер Виктор Толстик, врачи увели детей.

Что произошло далее, пока достоверно неизвестно. Исходя из противоречивых показаний участников скандала — Навоевой, Толстика, Мальковской — можно сказать лишь, что Анастасия пыталась выяснить, почему не отдают дочь, и хотела забрать обоих детей домой. Милиционер и врач этому препятствовали и указали, что женщина была пьяна. Анастасия же это категорически отрицает. В итоге на Навоеву надели наручники и забрали в отдел милиции, после дачи показаний женщину отпустили. Детей направили в приют.

С этого момента мать обивала пороги чиновников, пытаясь добиться того, чтобы ей вернули детей. Судя по реакции сотрудников горисполкома на вопросы TUT.BY об Анастасии и сложившейся ситуации, Навоева действовала при этом «довольно резко и грубо». Стоило нам только заговорить о бобруйчанке, у которой, по ее словам, незаконно отобрали детей, в исполнительном комитете и администрации Ленинского района города все сразу называли фамилию Анастасии.

Отчаявшаяся женщина направляла письма в прокуратуру, Следственный комитет и Администрацию президента в надежде на то, что ей помогут разобраться в ситуации, однако все они возвращались к бобруйским чиновникам.

Позиция чиновников

Комиссия по делам несовершеннолетних администрации Ленинского района 7 мая признала Ивана и Ульяну нуждающимися в госзащите и определила на полное гособеспечение в детский социальный приют. Матери выставили условия: Анастасия может вернуть детей, если перейдет на односменный режим работы (в этом случае ее зарплата составит 2 млн рублей. — TUT.BY) и погасит задолженность по коммуналке и оплате услуг детского сада, которая составила около 1,4 млн рублей.

Такое решение принято на основании заключения совета по профилактике безнадзорности и правонарушений СШ № 27, в которой учился Ваня, подготовленного еще 18 декабря 2014 года. Там указано, что мальчик признан находящимся в социально опасном положении, так как мать не исполняет должным образом свои обязанности: отсутствует адекватное возрасту ребенка питание, есть стрессовые факторы — финансовые проблемы матери, дети часто остаются дома одни. Ульяна решением педагогического совета яслей-сада № 27 также признана находящейся в СОП. Условия проживания в квартире названы удовлетворительными.

В документах комиссии по делам несовершеннолетних указано, что в декабре прошлого года Анастасия с детьми проходили лечение в больнице. Малышей женщина забрала позже необходимого времени — сослалась на финансовые трудности. Этот же аргумент она приводила, когда у нее требовали оплатить счета в детском саду и школе.

В беседе с TUT.BY заместитель начальника комиссии по делам несовершеннолетних Татьяна Сатырова сказала, что все действия в отношении детей законны — комиссия работает в соответствии с Декретом № 18 «О дополнительных мерах по государственной защите детей в неблагополучных семьях». Давать какие-либо комментарии по делу она отказалась, сославшись на этот документ.

На просьбу уточнить, есть ли у государства возможность помочь воспитать детей матери-одиночке, круглой сироте, если госпредприятие задерживает ей выплату зарплаты, из-за чего она не может оплатить счета, Татьяна Ивановна ответила:

— Да, Навоева была сиротой, но она уже взрослый человек. Она взяла на себя ответственность, решив родить детей.

— А комиссия заинтересована в том, чтобы вернуть детей в семью, матери?

— Конечно, на это направлен 18-й декрет. Документ предусматривает определенные шаги, чтобы помочь родителям восстановить семью.

— Какие?

— Все очень индивидуально и регулируется постановлением № 47. Там, конечно, все написано в общем…

— У кого и как узнать, какие шаги помощи предпринимались по отношению конкретно к этой семье?

— Вы мне и так уже достаточно вопросов задали.

Выдержка из письма-ответа на жалобу Навоевой из Могилевского облисполкома за подписью начальника управления образования Владимира Рыжкова.

18 августа прошло очередное заседание КДН Ленинского района, где присутствовали оба родителя. По словам Насти, детей обещали отдать отцу, так как завод «Белшина» отказал в предоставлении ей работы в одну смену с достаточной для содержания детей зарплатой. Однако сразу после заседания Геннадия Горленко под конвоем отвели в РОВД и, по словам матери, заставили подписать документы, делающие его «обязанным лицом» перед государством, по его словам, на сумму 40 млн рублей.

«Дело, видимо, в том, что по декрету № 18 и решению КДН он обязан оплатить полную стоимость содержания детей в приюте. Возможно, у него были и еще какие-то долги перед казной», — полагает друг Анастасии.

19 августа Следственный комитет предъявил Анастасии обвинение по ст. 364 УК РБ (Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел) — за инцидент в больнице, когда мать пыталась силой забрать свою Ульяну у участкового Виктора Толстика: по его словам, женщина несколько раз ударила его и исцарапала.

В конце августа ее взяли под стражу и отправили в СИЗО.

Письмо Анастасии Навоевой из СИЗО. Даже оттуда женщина пытается связаться со всеми, кто может ей помочь.

Письмо Анастасии Навоевой из СИЗО.

По словам прабабушки детей, Марии Григорьевой, биологический отец, Геннадий, был бы и рад забрать малышей из приюта. «Но как он будет их воспитывать? Он живет сейчас с другой женщиной, платит огромные алименты, а еще он должен государству больше 40 миллионов — не знаю, за что. Я жалею правнучков, очень жалею, — плачет женщина. — Но что я могу сделать? Как помочь их воспитывать? Мне 91 год, я инвалид 2-й группы и сильно болею, мне покой нужен».

«Помогите вы этой дурнице»

TUT.BY встретился с подругой Анастасии и семейной парой, которая живет в квартире этажом выше. Никто не говорит о ней как о плохой матери, но каждый отмечает, что характер у нее непростой. «Однако это не причина, чтобы забирать детей», — уверены собеседники.

Соседи сверху, к слову, спасли декоративного кролика, который остался в пустой квартире — Анастасия не знала, что ее возьмут под стражу и не смогла позаботиться о питомце. Они спускали ему на нитках на балкон овощи, фрукты и даже умудрились опустить емкость с водой. «Он за 5 дней едва не умер, к еде уже еле полз», — рассказал сосед Анатолий и решил вместе с супругой присматривать за кроликом, пока Анастасия не вернется. О том, что женщина делает ремонт, соседи знали: «Она очень хотела и старалась дать детям все что может. Зря с ней и с ними так поступили, она же мать. Помогите вы этой дурнице».

Найти адвоката, который поможет Анастасии вернуть детей, очень сложно, говорят ее друзья, — многие отказываются, ссылаются на то, что идти на конфликт с государством опасно для профессии: можно лишиться лицензии.

У Навоевой есть опасения, что ее детей могут усыновить — по ее словам, их в приюте уже трижды навещали итальянцы.

TUT.BY будет следить за развитием событий.

Анжелика Василевская / TUT.BY

Комментарии читателей:

Новость дня:

Бобруйск как центр российских коллаборантов

Как под Бобруйском учили убивать. История СС «Данмарк» в Беларуси.

Актуальное интервью:

Алесь Сьнег: «Быць нефармалам у Бабруйску небяспечна»

Мы працягваем знаёміць вас з лёсамі і гісторыямі тых, хто кожны дзень стварае «Арт Сядзібу». Наш наступны герой – Алесь Сьнег.

Выбор редакции:

Перестарались

В полдень 26 марта в Бобруйске сотрудники силовых структур задержали 34 человекa.