15 Сентября 2016, 12:45

Дело директора мясокомбината. «Почему я один сижу?»

Бывшего директора Бобруйского мясокомбината обвиняют в том, что он нанес ущерб предприятию в 33 млрд рублей. Но он считает, что вопрос решаемый и совсем не криминальный.

В Бобруйске продолжается слушание по делу бывшего директора мясокомбината Андрея Исайченко. В суде выяснилось: пока у белорусского предприятия росли долги, российские партнеры покупали себе дорогие автомобили и продолжали набирать продукцию без предоплаты.

Исайченко, напомним, обвиняют в злоупотреблении и превышении служебными полномочиями.

По версии следствия, он заключил контракты с двумя российскими компаниями на условиях отсрочки платежа. Речь идет о фирмах «Белорусский продукт» (Калуга) и «Мясомолпродукт» (Брянск), которые являлись представителями торговых сетей Бобруйского мясокомбината в России. Результатом этот сотрудничества следствие называет ущерб белорусскому предприятию на сумму 33 млрд рублей (здесь и далее суммы указаны до деноминации). Даже по нынешнему курсу это больше 1,6 млн долларов.

Что по этому поводу говорит обвиняемый?

«Сейчас не 37-й год, что нужно расстреливать. Есть экономические меры»

Во-первых, Исайченко не признает вину. По его мнению, у предприятия были финансовые сложности, но это вопрос решаемый. По его словам, россияне даже сейчас готовы рассчитываться: брать продукцию по предоплате и гасить по 5-7% от долга.

«Не надо криминализировать гражданско-правовые отношения! — призывает бывший директор. — Сейчас не 37-й год, что я должен к стенке поставить человека и его расстрелять. Есть меры экономического характера. В Беларуси у всех задолженность. Тогда почему я один сижу?».

Во-вторых, Исайченко считает, что его вины в том, что образовалась такая задолженность, нет.

«Функции директора — управленческие решения и общее руководство предприятием, чем я и занимался, — говорит он. — Заключение договоров, а соответственно и ответственность за неисполнение обязательств лежит на внешнеэкономическом и юридическом отделах. Именно они должны были ежегодно проводить аудит исполнения договорных обязательств».

Отметим, что по данному уголовному делу обвиняемым проходит только бывший директор. Специалисты вышеназванных отделов дали показания в качестве свидетелей.

В-третьих, на развитии товаропроводящей сети в России настаивало государственное объединение «Мясомолпром», которому напрямую подчиняется Бобруйский мясокомбинат.

«Нам ставили задачу осваивать российский рынок. Речь шла, прежде всего, о готовой продукции, так как на нее добавленная стоимость выше и меньше препонов со стороны Россельхознадзора, — рассказывает Исайченко. — Бизнес-планы, которые разрабатывало предприятие, проходили защиту в комиссии «Мясомолпрома». За создание товаропроводящей сети вышестоящая организация проголосовала практически единогласно».

По его словам, развивать собственную сеть было куда выгоднее, чем пытаться попасть на полки гипермаркетов.

На суде бывший топ-менеджер вспомнил, как в 2006 году белорусские производители обсуждали продвижение своей продукции на российский рынок. На встрече была Надежда Котковец, которая на тот момент являлась замминистра сельского хозяйства, а также владелец сети «Седьмой континент».

«Вы не представляете, что такое входные бонусы, стоимость полки, а в России это узаконено, и для нас, конечно, никто ничего не будет менять, — рассказал Исайченко. — Чтобы просто положить товар на полку «Ашана», нужно 20 тысяч долларов. Конечно, предприятие с государственным капиталом не могло себе этого позволить».

Бывший директор обратил внимание суда, что когда он руководил мясокомбинатом, на экспорт уходило 500 тонн продукции в год. Сейчас, по его словам, до 350 тонн.

«По 2009 году расчеты закрыты, — заявил Андрей Исайченко. — По 2010, 2011, 2012 — закрыты. По 2013 году — большая часть закрыта, но в то время были запреты с российской стороны, так называемые мясные войны, поэтому и возникли проблемы».

Именно с этого года начала расти задолженность. Следствие в итоге насчитает 33 млрд рублей. Адвокат Исайченко уточнила у него, знает ли он о ситуации на других предприятиях.

«Конечно, у многих такая же ситуация. Об этом и по телевизору говорят», — пояснил он.

«И что, директора заводов сидят?» — поинтересовалась защитник.

«Да нет, на свободе», — ответил обвиняемый.

«Вопрос снимается. Не по делу», — сделал замечание судья.

«Этот вопрос был для прокурора. Пусть всех тогда сажают!» — заявила адвокат.

Пока в Бобруйске росли долги, в Брянске покупали дорогие автомобили

Однако гособвинение ставит под сомнения показания Исайченко. И вот главный аргумент прокурора — задолженность росла, а директор предприятия продолжал, как ни в чем не бывало, отгружать товар без предоплаты.

На это обвиняемый пояснил: «Проще всего — ничего не делать и похоронить предприятие. В Калуге один магазин продавал 100 кг колбасы в день. Но логистика до города — 700 км. Нужно было возить большими партиями, иначе этот бизнес никогда бы не окупился».

По его словам, чтобы закрепиться на рынке, нужно от 2 до 5 лет при условии стабильной работы, без потрясений. Без них, к сожалению, не обошлось.

«2011 год — валютный кризис, — напомнил обвиняемый. — Россияне тогда выгребали всё, что можно, из белорусских магазинов, в том числе мясные продукты. Мы даже вводили ограничение на продажу в одни руки, потому что доходило до того, что один человек вывозил до 100 кг сырокопченой колбасы. В 2012 году на 25% поднялись цены на закупку скота, тогда же Россия начала отказываться от белорусского мяса. Все эти факторы повлияли на работу».

Однако в материалах дела имеется докладная записка от заместителя Исайченко, где тот информирует директора, что сумма за отгруженный товар в Россию превышает сумму долга. Начальник отдела ВЭД тогда предлагал приостановить поставки до погашения дебиторской задолженности. Но этого сделано не было.

В апреле 2014 года на предприятие пришла телеграмма из «Мясомопрома» о категорическом запрете отгрузок мяса за границу без стопроцентной предоплаты. Однако Исайченко воспринял это как рекомендацию и продолжил отгружать продукцию в Россию на прежних условиях.

«Чтобы не оставить торговую сеть без колбасы, — объяснил он в суде. — Каждый день простоя несет убытки».

Но больше всего вопросов вызывает аудиторская проверка, которую инициировал сам Исайченко. Судья во время процесса зачитал выводы специалистов.

Так, по брянской фирме «Мясомолпродукт» отмечено, что были необоснованные расходы. В частности, приобретены два автомобиля — Audi A6 и Toyota Land Cruiser Prado. Их стоимость — свыше 5 млн российских рублей (на тот момент около 170 тыс. долларов. — ред.). Позже машины выбыли по договору уступки иным юрлицам, где директором является тот же человек, что возглавляет «Мясомолпродукт». Учитывая, что Бобруйскому мясокомбинату принадлежит 51% «Мясомолпродукта», такие операции должны согласовываться с белорусской стороной.

Но Исайченко утверждает, что узнал о дорогостоящих покупках только после аудиторской проверки. Но даже после этого он не прекратил поставки. Говорит, что в то время строился мясожировой цех, были вопросы по кредитам, и он больше внимания уделял этим вопросам.

А когда предприятие получило копию аудиторского заключения, он уже работал заместителем директора. Акт был у нового руководителя, Виктора Ходасевича, но никакие меры по факту предприняты не были.

Прокурор уточнил у Исайченко, проверялась ли платежеспособность российских компаний с учетом образовавшего долга.

«На тот момент (первый договор заключили в 2009-м. — ред.) они являлись платежеспособными клиентами, — пояснил он. — Если прекратить работать с товаропроводящей сетью, о возврате дебиторской задолженности можно забыть, ты уже ее никогда не вернешь».

По мнению Исайченко, дебиторскую задолженность нельзя считать ущербом, поскольку еще не истек срок исковой давности на ее взыскание. Тем более, обе российские фирмы являлись представителями торговых сетей Бобруйского мясокомбината в РФ.

Даже если Исайченко посадят, долг предприятию просто так не вернут

Удивительно, но руководителей тех самых российских компаний в суде до сих пор не допросили.

«Наш адвокат просила вызвать их в качестве свидетелей, но суд ходатайство отклонил», — сообщила супруга обвиняемого Наталья Исайченко.

Мы дозвонились в Брянск Сергею Медведеву, директору «Мясомолпродукта». Он настаивает, что автомобили, указанные в аудиторской проверке, были приобретены в лизинг и за его личные средства, которые он в качестве займа предоставил компании. Сделал он это для того, чтобы показать оборот. Денег на счету фирмы не хватало, компания даже брала овердрафт в банке.

«Я что, за свои личные деньги должен гасить дебиторскую задолженность?» — ответил он вопросам на вопрос, почему деньги ушли на машины, а не на счет Бобруйского мясокомбината.

Долг перед белорусским предприятием, по его мнению, образовался из-за нестабильной ситуации на рынке.

«Четыре раза закрывали Беларусь (поставки мяса из Беларуси в Россию. — ред.), — заявил собеседник. — Последний раз закрыли в октябре 2014-го и открыли только в сентябре 2015-го. Как работать?»

Все семь магазинов в России, которые открывал Медведев совместно с Бобруйским комбинатом, на сегодня закрыты. Та же ситуация и с оптовыми складами в Брянске и Москве, в которые были вложены огромные средства.

«Сохранить структуру — только так можно вернуть долги, — поясняет российский бизнесмен. — Может ,понадобится два года. Может быть, пять лет, но чтобы гасить долг, сеть должна работать. Мы шесть лет потратили на ее создание. Мне просто жаль сил и средств, которые были затрачены!»

Новый руководитель Бобруйского мясокомбината, по словам собеседника, не захотел брать на себя ответственность и продолжить дело.

Но его сложно осуждать, учитывая, что бывшему директору Исайченко за «инициативность» грозит до 10 лет лишения свободы.

На Бобруйском мясокомбинате сейчас не лучшие времена. Пока идет разбирательство по делу, на предприятии сменилось несколько директоров.

Виктор Ходасевич, который сменил Андрея Исайченко, продержался всего пару месяцев — за кражу колбасы получил два года колонии. Впрочем, Лукашенко уже успел его помиловать, и теперь он руководит колхозом.

Последние полтора года мясокомбинат возглавляет бывший мэр города Дмитрий Бонохов. В апреле сообщалось, что завод пять месяцев не может рассчитаться с населением за скот. По итогу 2015 года убыток составил почти 72 млрд рублей, дебиторская задолженность — 38 млрд.

Но парадокс в том, что даже если все грехи повесят на Исайченко, долг предприятию сразу не вернется.

По словам Сергея Медведева, у него закрыт расчетный счет, потому что есть «небольшая задолженность перед налоговой и банком». И он прямо говорит, что долг можно только отработать.

Для этого руководству Бобруйского предприятия придется рискнуть и, кажется, еще раз вложиться. Найдется ли на этот раз «инициативный» — вот в чем вопрос.

Источник: БелаПАН

Комментарии читателей:

Новость дня:

Бобруйск как центр российских коллаборантов

Как под Бобруйском учили убивать. История СС «Данмарк» в Беларуси.

Актуальное интервью:

Алесь Сьнег: «Быць нефармалам у Бабруйску небяспечна»

Мы працягваем знаёміць вас з лёсамі і гісторыямі тых, хто кожны дзень стварае «Арт Сядзібу». Наш наступны герой – Алесь Сьнег.

Выбор редакции:

Перестарались

В полдень 26 марта в Бобруйске сотрудники силовых структур задержали 34 человекa.